Евангелие от нечистого

Для многих, кому довелось жить в последние десятилетия СССР, первым поводом задуматься о связи материального и духовного стало чтение полузапрещенного романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». Именно там я, воспитанный на канонах атеизма, впервые встретил странное словосочетание «доказательства бытия Божия», выбитое печатной машинкой на папиросной бумаге самиздатовских страниц. Оно сходу поразило меня: ну, какие могут быть доказательства тому, чего нет?

Булгаков трудился над своим величайшим шедевром около двенадцати лет. В ранних версиях среди его персонажей не фигурировало ни Мастера, ни Маргариты. «Роман о дьяволе» – так охарактеризовал автор свое произведение, когда за десять лет до окончания работы, сжег его первую рукопись.

Судя по всему, действие романа происходит в Москве середины 1930-х годов. Храм Христа Спасителя уже разрушен, а бесславное строительство Дворца Советов еще не началось. Булгаковский Воланд навещает город посреди так называемой «Безбожной пятилетки», целью которой провозглашалось забыть имя Бога в СССР к 1 мая 1937 года.

Автор романа был хорошо осведомлен о прототипе своего персонажа и, в частности, о его методах. Сын профессора Киевской духовной академии Афанасия Ивановича Булгакова, Михаил Афанасьевич прекрасно разбирался в Писании и в основах христианского богословия, в том числе – в демонологии. Более того, Николай Иванович Петров, коллега Афанасия Ивановича по Академии, а также крестный отец и старший друг Михаила, был известным исследователем жизни и творчества религиозного философа Григория Сковороды, взгляды которого оказали заметное влияние на замысел романа.

Булгакову были известны как монография В. Ф. Эрна «Григорий Саввич Сковорода», так и произведения самого бродячего философа, в частности – «Пря бесу со Варсавою» и «Брань архистратига Михаила со сатаною», где под именем Варсава (по-еврейски – «сын Савы») фигурирует в качестве персонажа сам Григорий Савич.

В полном соответствии с космологией Григория Сковороды, в романе Булгакова переплетаются три составляющие бытия – земная, небесная и библейская, связующая их. Но в безбожном мире победившего большевизма, что собирался забыть даже самое имя Бога, небесная составляющая представлена своей теневой стороной – дьяволом. Потому и связующее звено между ними оказывается подложным Писанием – Евангелием от сатаны, в котором библейский Христос, Сын Божий, подменен толстовским бродячим философом-непротивленцем Иешуа Га-Ноцри.

Там, где прочие аргументы о Боге бессильны, писатель приводит «седьмое доказательство» (так даже называется одна из глав романа) – аргумент «от обратного»: если существует тьма, должен быть и свет; если существует зло, должно быть и добро; если есть дьявол – значит, должен быть Бог.

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Сыны Божьи в книге Бытие, кто они? и Впускать ли Иисуса в церковь? Или почему Ван Гог, сын пастора, не узнал Бога

Сергей Головин