Сыновство и отпавшие. В чем подлинность и жизнеспособность христианства?

Каждый раз, когда мне приходится общаться с людьми, которых так или иначе можно охарактеризовать неоднозначным термином «отпавший», я переживаю гамму сложных чувств. С одной стороны, их слова наполнены осуждением в адрес церкви и служителей, а с другой, в атмосфере висит невысказанное или неосознаваемое чувство их собственной вины.

Человек всегда сложен. Возможно, отчасти обоснованный гнев на окружающих, показным гротеском призван забить ещё глубже в подсознание личное «недохристианство». Как бы то ни было, общение с такими людьми несёт в себе кладбищинский холодок, а тщетные попытки сгладить колкость всегда безуспешны. Брезгливое и гнетущее настроение, навеянное такими встречами, выветривается ещё несколько дней.

Как часто в подобных ситуациях я не находил нужных слов и подменял их ненужными. Сегодня я готов признать, что всё это экзаменует и мою ущербность в неспособности обогреть замерзающего и накормить голодного. Если упавший брат способен сбить меня с ног, а я в свою очередь не имею сил его поднять и понести, то мы оба в равной мере нуждаемся. Не тем я занимался вчера и позавчера, раз сегодня у меня ничего не осталось. Не на коленях пред Богом стоял, не Его Словом питался, жил беспечно, наивно полагая, что этой меры веры мне и так достаточно. Вот почему я, а скорее всего и многие из читающих, в момент аналогичного испытания вместо потока преизобилующей любви наговорят ослабшему в вере тысячи пустых душевных слов. Что же сказать об этой неутешительной данности?

«Может ли слепой вести слепого? Разве они не упадут оба в яму?» (Лук 6:39).

Перед нами открывается следующая перспектива: избегать встреч и любого общения с оступившимися, согрешившими, согрешающими, охладевшими, еретиками, бунтарями и прочими или же принять тот факт, что это общение дано не как волчья яма для нас, но как избавление для них. Не будем своё бессилие оправдывать их черствостью.

«Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой» (Ин 7:38).

Почему у нас недостаток? Известное дело, потому, что не просим или просим не на то. Вспоминаю притчу Христа о блудном сыне и слова отца в ней, адресованные к сыну не блудному: «Сынок, — сказал тогда отец, — ты ведь всегда со мной, и все, что у меня есть, — все твое» (Лук 15:31).

Слышите, братья, всё Божие — наше. Его сын — наш брат. Его радость — наша радость. Отцу мы родня, а не наёмники. Пусть в наших глазах каждый сможет разглядеть Божью любовь, прощение и принятие. Пусть наше сыновство станет очевидным свидетельством подлинности и жизнеспособности Христианства. Берите из Отцовских сокровищниц всё – любовь, милость, прощение, искренность, смелость, смирение, достоинство, силу. Это принадлежит Отцу, значит и нам, ведь мы наследники. Скукоженность и обескровленность наших сердец говорят лишь о том, что мы игнорируем изобилие Его даров, и это весьма неразумно. Путь же Дух Святой, дающий жизнь мертвому, наполнит нас здравым видением, осознанием, покаянием, переменами, и всякой силой ко спасению нас самих и каждого ближнего. Бог жаждет этого, а ты?!

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Снова о десятине или как не быть бабловедником... и Дух Иезавели или мужское женоподобие