Гендерная симфония Божьего замысла

Понятие «гендер» вошло в наш обиход не так давно. Слово это происходит от английского gender (пол, род), но в русском оно утратило значение грамматического рода и приближается к слову «пол» в значении мужской или женской принадлежности. Однако, поскольку в последнее время общепринятое понимание таких выражений, как «половые различия», «половые отношения», и т.п., в значительной степени ассоциируется исключительно с физиологической составляющей, многие сегодня предпочитают употреблять слово «гендерный» для обозначения ролевого, социального, психологического и прочих аспектов половой принадлежности, не имеющих непосредственного отношения к физиологии.

Ключевое значение для понимания гендерных отношений в контексте Божьего домосторительства имеет следующий евангельский текст: «И приступили к Нему фарисеи и, искушая Его, говорили Ему: по всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею? Он сказал им в ответ: не читали ли вы, что Сотворивший вначале мужчину и женщину сотворил их? И сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает. Они говорят Ему: как же Моисей заповедал давать разводное письмо и разводиться с нею? Он говорит им: Моисей по жестокосердию вашему позволил вам разводиться с женами вашими, а сначала не было так» (От Матфея 19:3-8).

Для фарисеев Моисей был наивысшим авторитетом. Искушая Иисуса (то есть, испытывая степень Его квалифицированности в толковании Закона), они формулируют свой вопрос таким образом, что развод оказывается как бы заповедью, и потому находится в согласии с Законом Моисеевым. На самом же деле подразумеваемый ими текст гласит следующее: «Если кто возьмет жену и сделается ее мужем, и она не найдет благоволения в глазах его, потому что он находит в ней что-нибудь противное, и напишет ей разводное письмо, и даст ей в руки, и отпустит ее из дома своего, и она выйдет из дома его, пойдет, и выйдет за другого мужа, но и сей последний муж возненавидит ее и напишет ей разводное письмо, и даст ей в руки, и отпустит ее из дома своего, или умрет сей последний муж ее, взявший ее себе в жену, – то не может первый ее муж, отпустивший ее, опять взять ее себе в жену» (Второзаконие 24:1-4).

Таким образом, Моисей отнюдь не заповедал давать разводное письмо и разводиться. Развод и разводное письмо являются не заповедью, а теми обстоятельствами, в приложении к которым дается данное предписание. Но как и в состоявшемся незадолго до этого разговоре Иисуса с саддукеями (От Матфея 22:23-32), Спаситель не ограничивается выявлением заблуждений Своих оппонентов. Его задача – не победить в споре, а привести собеседников к истине. Вся стройная система их аргументации разваливается как карточный домик от одной-единственной фразы: «а сначала не было так».

Оказывается, Моисей вовсе не является наибольшим авторитетом! Высший критерий для человека – не Закон Моисеев, а изначальный Божий замысел! «Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени» (Галатам 3:19). Назначение Закона – дать Божьему народу наставление для урегулирования взаимоотношений и конфликтных ситуаций в мире, пораженном грехом. До грехопадения же ни Закона, ни нужды в Законе не было. А потому изначальный замысел Творца приоритетней Закона Моисеева.

Каковы же гендерные отношения в соответствии с Божьим замыслом? К этому вопросу существуют два традиционных подхода:

   1) Эгалитарный подход (от французского «égalité», равенство) делает акцент на равноправии мужчин и женщин, подчеркивая их подобие.

   2) Комплементарный подход (от латинского «complementum», дополнение) подчеркивает различия между мужчиной и женщиной, делая основной упор на взаимодополнительности полов, на их соответствии друг другу.

Стараясь не впадать в крайности, верующие зачастую пытаются найти «золотую середину» между этими подходами. Но компромисс, по меткому замечанию Уинстона Черчилля, – это решение, в равной степени не устраивающее обе стороны. В результате получается эклектичная смесь мужского шовинизма и либерального феминизма. Уже само наличие дискуссии между представителями эгалитарного и комплементарного подходов показывает их ограниченность – ни тот, ни другой не дают исчерпывающего описания гендерных отношений. Библейский подход эгалитарен с комплементарной точки зрения, и наоборот, комплементарен – с эгалитарной. В соответствии с Писанием мужчина и женщина одновременно и соответственны (Бытие 2:18), и подобны (Бытие 2:20) друг другу.

Писание делает акцент не на равенстве прав или различии социальных ролей, а на равной ценности каждого человека, – будь то мужчина или женщина. Они изначально были сотворены равными в славе, поскольку в равной степени несут в себе образ Божий. И это уже само по себе определяет ценность каждой личности, проявляющуюся в наибольшей степени в межличностных отношениях – как с Богом, так и с другими людьми.

«По образу и подобию»

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Сыны Божьи в книге Бытие, кто они? и Впускать ли Иисуса в церковь? Или почему Ван Гог, сын пастора, не узнал Бога

Сергей Головин