Ссылка на личность. Логические ошибки (часть 36)

Аргумент «ad hominem» (лат. – «к человеку») включает недопустимые способы обращения с тезисом, которые относятся к нарушению уже не столько правил логики, сколько этических норм дискуссии. Как таковые, они подлежат изучению скорее в области риторики и этики, чем в области логики. Используя эти эффектные по форме, но логически некорректные по сути и этически неприемлемые приемы, оппонент нападает на личность человека, выдвигающего тезис (в народе это так и называют: «перейти на личности»), или обращается к чувствам того, кому предстоит принять решение относительно обсуждаемого тезиса. По сути, такой прием вообще не является доказательством чего бы то ни было относительно тезиса, а служит способом давления на оппонента.

«Что может говорить хромой об искусстве Герберта фон Караяна? Если ему сразу заявить, что он хромой, он признает себя побежденным. О чем может спорить человек, который не поменял паспорт? Какие взгляды на архитектуру может высказать мужчина без прописки? Пойманный с поличным, он сознается и признает себя побежденным» (М. Жванецкий. «Стиль спора»).

Логика рассматривает «аргументы к личности» в качестве особо злонамеренной формы подмены тезиса; риторика же изучает их постольку, поскольку одной из задач риторики является классификация всех вообще возможных аргументов и способов аргументации. Это лишний раз показывает, что риторика может принести не только много пользы, но и много вреда, если она «не дружит» с логикой.

Различают несколько разновидностей ошибки «ad hominem»:

Оскорбление – наиболее распространенная из них, когда нападкам подвергается характер человека: «Некоторые из эпикурейских и стоических философов стали спорить с ним; и одни говорили: “что хочет сказать этот суеслов?”» (Деяния 17:18). Суеслов ли Павел или нет – об истинности или ложности его утверждений это ничего не сообщает.

Ссылка на личные обстоятельства – утверждение, что аргумент выдвинут оппонентом в силу неких особых обстоятельств. «Никодим, приходивший к Нему ночью, будучи один из них, говорит им: судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает? На это сказали ему: и ты не из Галилеи ли?» (От Иоанна 7:50-52). Предположение, что только галилеянину было бы свойственно защищать Иисуса, выступает здесь оправданием явного нарушения Закона Моисеева, на которое указывает Никодим.

Аналогично, когда атеист, провозглашавший, что «настоящий ученый» (см. Неправомерное переопределение) не может верить в Бога, узнаёт, что все основатели науки были верующими, он, как правило заявляет: «Ну и что с того? Тогда это просто было общепринято». Но общепринятость взглядов отнюдь не свидетельствует об их ложности.

Ссылка на мотивы предполагает наличие личной заинтересованности при выдвижении аргумента: «Они вторично отвечали и сказали: да скажет царь рабам своим сновидение, и мы объясним его значение. Отвечал царь и сказал: верно знаю, что вы хотите выиграть время» (Даниил 2:7-8). Желание волхвов выиграть время может быть и было правдой, но это не касается истинности или ложности самого их утверждения.

Аналогично, когда Давид пришел навестить состоящих в войске братьев и удивился, что израильтяне терпят голиафовы богохульства, «рассердился Елиав на Давида и сказал: … Я знаю высокомерие твое и дурное сердце твое, ты пришел посмотреть на сражение» (1 Царств 17:28). По мнению старшего брата, Давид просто не хочет возвращаться домой, не увидев кровавого зрелища. Но так ли это, или же нет, утверждение Давида, что армия Саула занимается странной деятельностью, вполне обосновано. Ибо они вот уже сорок дней подряд каждое утро облачаются в полное снаряжение и выстраиваются боевым порядком, чтобы целый день стоять и бояться, выслушивая оскорбительные речи о себе и своем Боге, а к вечеру снова разойтись по шатрам.

Распространенной формой ссылки на мотивы служат заявления типа «Конечно, служители церкви верят в Бога! В противном случае они остались бы без работы!»

Но, пожалуй, самый поучительный пример мы находим в Книге Иова. Когда «сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова? ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла» (Иов.1:8), тот мгновенно парирует: «Разве даром богобоязнен Иов? Не Ты ли кругом оградил его и дом его и все, что у него?» (Иов 1:9,10).

Запомните: когда лукавый не в состоянии очернить ваши действия или образ жизни, он всегда будет клеветать на ваши мотивы! И лучшее тому сопротивление – просто игнорировать слова тех, через которых он это делает. Мотивы ваши – только между вами и Господом, «ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем?» (1 Коринфянам 2:11).

Впрочем, высказывания в жанре ad hominem нельзя считать совсем уж бесполезными. Как только ваш оппонент «переходит на личности», это служит верным индикатором, что значимых аргументов у него больше нет: «Человек прозревший сказал им в ответ: это и удивительно, что вы не знаете, откуда Он, а Он отверз мне очи. Но мы знаем, что грешников Бог не слушает; но кто чтит Бога и творит волю Его, того слушает. От века не слыхано, чтобы кто отверз очи слепорожденному. Если бы Он не был от Бога, не мог бы творить ничего. Сказали ему в ответ: во грехах ты весь родился, и ты ли нас учишь? И выгнали его вон» (От Иоанна 9:30-34).

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Сыны Божьи в книге Бытие, кто они? и Впускать ли Иисуса в церковь? Или почему Ван Гог, сын пастора, не узнал Бога

Сергей Головин