Каждый вечер

Каждый вечер, я выхожу во двор, а там рядом лежат два земляных кирпича, из которых выходят два маленьких человечка. Каждый становится на свой кирпич, приподнимая шляпы церемонно представляются: Нимузул и Каракир. Одеты они одинаково, только шляпы разного цвета: светло-зелёная и тёмно-синяя. Светлозелённый , прижмурив левый глаз, сказал:

«Вы стоите в реке Жизни. Мимо , касаясь вас, плывёт дерьмо, Река принимает всех. Многие люди тонут. Дерьмо не тонет. Это участь каждого стоять в этой реке. И вы стоите. К Вам мы лично пожаловали, потому- что вы беспрерывно звали нас в течении 77 лет. Ну вот, мы здесь, чтобы подтвердить то, что вы знаете».

Тёмносиний, прижмурил правый глаз, и добавил, более ласково:

«Хорошо делаете, что вспоминаете детство, и стараетесь прощать. Это очень похвально. Многие стараются, но у многих не получается».

И вдруг, он пропел:«Яблони в цвету, какое чудо...». Потом посмотрел на меня ярко и чисто, прокашлялся и добавил:

«Аромат яблок на земле частично убирает запах дерьма… Простите, если это вас задело!». Вступил светлозелёный: «Так вот мой друг, небо это огромный магнит, который притягивает вас к себе. И нет на земле сил, которые могли бы остановить это притяжение. Все вы обречены быть счастливыми, но не на земле. На небе вы всегда будем многомиллиардными гостями. Почему так сделали, не знаю, это логика неба, которую мы понять не можем. Иногда только отголоски этой логики попадают в души редких людей, которых я называю духовными мутантами, они не понимая, чувствуют обрывки этой небесной логики. Вот и вы это поняли, и на небе, согласно обычаю, за это вам аплодировали.

Помните, в вашей книге «Тоска по раю», дьявол отвечая на вопрос: -Что же такое жизнь? отвечает: «Враг, притворяющийся другом».

- Извините, всё это очень странно и похоже на сон, но если вы не сон, то кто вы?

- Мы, это почти Вы, но только в другом измерении и живём в другой Реке. Ваше место нам высветила радуга и мы услышали ваши стоны, которые Вы нам посылали 77 лет. Вам не надо наполнять себя грузом неизвестного, а просто радуйтесь.

И я стал радоваться этому вечеру, и этим двум человечкам, стоящим на камнях, и горько улыбающимся. И я стал узнавать в них себя. А камни оказались красными, как кровь, а на шляпы человечков уселись бабочки, они смотрели на меня выпуклыми глазами и приветливо взмахивали ажурными крыльями.

И почти счастливый, я спросил: - А что ж мне делать…

И хором они ответили: - Уметь ждать…

Я жду. В соломенном кресле приходят странные мысли. Хочется напоследок сказать, что-либо возвышенное, величественное, а мысли просто человеческие. Например, что думал Сталин о врагах. Сейчас его мысли ясны, что если хочешь править один и уцелеть, друзей у тебя быть не должно. Все друзья - это враги и их надо уничтожать. Сталин разбирался в религии и поэзии. Он точно знал, что он приёмный и любимый сын дьявола. Он также знал, что там где Бог, там и дьявол. И некогда выяснять, кто от Бога, а кто от дьявола. Поэтому, надо убивать всех. А о чём подумал Гитлер, когда выстрелил в свой гениально-поганый рот? Вы думаете о Еве Браун? Неттттттт! Он подумал о своей любимой овчарке Блонде, которую отравил раньше. Все они были биологическо-идеологические твари, все, кроме Блонди.

И я продолжаю прощаться с деревьями и не прекращать любить эту мерзкую и прекрасную жизнь.

Это странно, когда говоришь серьёзно, а люди смеются. Когда-то я начал свою проповедь горькими словами: «Бог создал мир, а всё остальное сделали в Китае». Все хохотали, кроме меня. Мне дарили цветы и я задумчиво сказал: «Цветов так много, а я ещё живой». И опять все захохотали, а я до сих пор не пойму, что тут смешного.

Я ждал, но человечки больше не появлялись. А вот на третий день, появился один из них, темносиний. Он снял шляпу и поприветствовал меня. – Случилось непредвиденное Каракир приболел, 153 года и 4 месяца такое не случалось, и вот, как назло, ночью у него был жар, и почти всё время я махал над ним подушкой, чтобы как-то увеличить приток воздуха. И вот, простите, вынужден обратиться к Вам, не могли бы вы в аптеке, куда ходят люди, купить для него горчичники? Денег у нас не бывает, но я могу взамен подарить Вам свой бант, или дать на время поносить мою шляпу? Я обрадовался случаю проявить христианскую добродетель, и сказал запинаясь: – Да что Вы, оставьте, у меня от пенсии вон ещё сколько набралось! Тёмносиний шаркнул ножкой, и несколько запинаясь сказал:

– Премного благодарен! Но понимаете, из-за всей этой кутерьмы уход Ваш затянется, пока Каракир не выздоровеет. Уверяю Вас, Вам не придётся долго ждать, у Каракира богатырское здоровье, и как говорят в народе, наш друг скоро оклемается! Он уселся в моё кресло, а я прямо в пижаме пошёл в аптеку. Купил и горчичники, и капли от насморка, мало ли что. Когда я вернулся, темносиний спал на сиденье кресла и время от времени отмахивался от мухи, которая чем-то обиженная, жужжала над ним.

Вскочив, он долго меня благодарил, пытался развязать на себе бант, но я не дал. Со словами: – Как это прекрасно, – он скрылся за одним из земляных кирпичей. А мне, вдруг, захотелось петь и я запел старый шлягер: « За всё тебе спасибо, за то что мир прекрасен, За то, что ты красивый и взор твой нежен и ясен…», и вдруг, из-за камня раздался тоненький голос не успевшего уйти человечка: « За то, что так люблю я, пускай меня ты не любишь, за все мечты и муки, благодарю я тебя…».

И я внезапно понял, что если мы знаем одни и те же песни, надолго я не умру.

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Америка пробудилась. Трамп разбудил Америку! и Уроки истории для верующих и неверующих

Михаил Моргулис