Культура: комплексный подход

Грех затронул все аспекты человеческой культуры, равно как и все типы культур. В результате мы утратили способность видеть картину целиком, во всей ее полноте. «Мы отчасти знаем, и отчасти пророчествуем», – напоминает апостол (1 Коринфянам 13:9). И потому подход к благовестию в иной культурной среде должен быть комплексным. Понимание сущности культуры вообще и особенностей конкретной культуры в частности требует целенаправленных усилий.

Возьмем, к примеру, библейскую историю об Иосифе (Бытие 37–50). Какой урок мы можем из нее извлечь? «Иосиф всегда оставался верен Богу», – скажет европеец. «Иосиф никогда не забывал о своей семье – об отце и братьях», – отметит африканец. Для полинезийца же самым важным окажется то, что Иосиф не боялся опасностей и угроз, исходящих от людей. Какой же из этих подходов будет правильным? Они все верны! Но каждый из них отражает истину лишь отчасти. Просто, глядя через призму своей собственной культуры, мы отфильтровываем все то, что представляется нам менее приоритетным.

«Одномерное» понимание реальности – проблема нашего восприятия. Мы подобны тем слепцам из притчи, что познавали слона. Потрогавший ногу говорил, что слон подобен дереву, потрогавший хобот – что он как толстый рукав, а потрогавший хвост – что слон, это такая змея.

Антропологи обычно выделяют три различных типа культуры в зависимости от того, какое побудительное аксиологическое начало в нем доминирует: «культура вины», «культура позора», «культура страха».

В культурах вины высшей ценностью являются понятия истины и справедливости. Преступающий их – виновен и подлежит наказанию. В культуре позора выше всего стоит сообщество – семья, племя, народ; не чтущий их обычаев и святынь покрывает себя позором. В культуре страха наиболее ценится покровительство духовных сил, лишившись которого человек утрачивает безопасность.

Европейская культура относится к первой категории, это культура вины. Нам привычен рациональный подход к Благой вести, сведенный к простой и ясной схеме: [мы провинились] → [Иисус искупил нашу вину] → [Бог простил нас]. Это, безусловно, правда. Но это – не вся правда! На уровне рассудка мы не можем познать всего. Выдающийся ученый, богослов и философ Блез Паскаль (1623–1662) говорил: «У сердца есть причины, которых разуму не понять».

«Почему вы хотите крестить своего сына?» – спрашивает священник у матери нелюдимого подростка. «Да вот, водила его к ворожее порчу снимать, а та отказала: говорит, что некрещеных не заговаривает».

«Почему ты отвергаешь Иисуса? – спрашивает студентку наставник в христианском лагере, – ты же лучше других изучала библейские тексты, правильно отвечала на все вопросы!» «Я – из мусульманской семьи, – отвечает девушка, – и мой отец не вынесет позора, если узнает, что я стала христианкой».

Оба примера – реальны. И хотя в первом случае мы имеем дело с желанием принять крещение, а во втором, наоборот, – с уклонением от него, благовестие по схеме [Преступление → Вина → Искупление → Оправдание] оказывается неадекватным в обеих ситуациях. Не то, чтобы проблема была в самой «схеме». Она действительно отражает библейскую истину. Но отражает она ее лишь отчасти, только одну из множества ее граней. Страх перед потусторонними силами или боязнь опозорить семью оказываются за пределами традиционной схемы проповеди евангелия.

Схему эту условно можно назвать «западная» сотериология (сотериология – богословское учение о спасении). Особую роль в ее формировании сыграли такие столпы богословия, как Блаженный Августин и Мартин Лютер. Хотя отделяет их друг от друга более чем тысячелетие, между ними немало общего. В частности, оба они испытывали обостренное чувство вины перед Богом, и оба нашли покой в оправдании по Его благодати. В итоге, именно этот аспект спасения во Христе стал главным как для них лично, так и для их богословия. А распространившееся впоследствии влияние на Церковь философии модернизма, провозглашавшего разум высшим критерием во всех сферах познания, привело к восприятию этого подхода как самого важного, если не единственного.

Там, где в основу мировоззрения заложены иные философские системы, формируется и иной тип культуры. Корни европейской ментальности уходят в древнегреческую культуру, выше всего ставившую познавание Логоса – вечного разума, некой всеобъемлющей сущности всего сущего, которая формирует и упорядочивает весь мир. Китайцы, со своей стороны, искали Дао – непостижимый и невыразимый путь мироздания, следование которому служит залогом единения с мировой гармонией. Индусы, в свою очередь, стремились достичь пробуждения жизненной энергии Кундалини. Иисус же провозглашает: Я есть и Логос, и Дао и Кундалини – «Я есмь путь и истина и жизнь» (От Иоанна 14:6).

Мы традиционно проповедуем Христа как Истину. Но Он – не только Истина, но также и Путь, и Жизнь. Господь не искупил какую-то одну культуру. Он – Искупитель всего человечества. Его Благая Весть преображает все типы человеческой культуры. Она как надкультурна, так и кросскультурна. Подобно тому, как три основных цвета – красный, зеленый и синий – формируют тысячи цветов и оттенков в изображении на экране вашего монитора, Писание представляет многогранную картину искупительной миссии Христовой для любой культуры, к какому бы типу она не относилась.

Пожалуй, наиболее наглядным образом и во всей полноте проявляется это в Послании Ефесянам, открывающем «домостроительство тайны, сокрывавшейся от вечности в Боге, создавшем все Иисусом Христом» (3:9):

«Непрестанно благодарю за вас, вспоминая о вас в молитвах моих, чтобы Бог Господа нашего Иисуса Христа, Отец славы, дал вам Духа премудрости и откровения к познанию Его, и просветил очи сердца вашего, дабы вы познали,
[1)] в чем состоит надежда призвания Его, и
[2)] какое богатство славного наследия Его для святых, и
[3)] как безмерно величие могущества Его в нас, верующих по действию державной силы Его»
(Ефесянам 1:16-19).

Данное послание можно использовать в качестве путеводителя для благовестия во всех трех указанных типах культур. Через вышеприведенный текст Павел уже во вступительной части послания каждому из частных проявлений греха ставит в соответствие конкретное проявление искупительной благодати:

Истина: Вина – Оправдание
Путь: Позор – Честь
Жизнь: Страх – Сила

Интересно отметить, что принятая антропологами классификация культур на культуры вины, позора и страха находится в четком соответствии с проявлением греха в каждой из указанных категорий. То есть если бы мы строили эту классификацию не по проявлениям греха, а по проявлениям благодати, мы вполне могли бы называть их «культура оправдания», «культура чести» и «культура силы». В этом, собственно, и состоит задача нашего соучастия в искупительной миссии Христа: превращать культуру вины – в культуру оправдания, культуру позора – в культуру чести, а культуру страха – в культуру силы.

«Основы кросскультурного благовестия»

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Сыны Божьи в книге Бытие, кто они? и Впускать ли Иисуса в церковь? Или почему Ван Гог, сын пастора, не узнал Бога

Сергей Головин