В одной упряжке

Во многих районах заполярья по-прежнему сохраняют популярность гонки на собачьих упряжках. И это не только спорт или развлечение для туристов. Порой из-за снежных переметов на дорогах собаки остаются единственным способом завезти продукты на дальнюю заимку или экстренно доставить пациента в больницу. К примеру, в 1925 г. собаки оказались единственным транспортным средством на Аляске, способным доставить спасительную сыворотку в охваченный эпидемией дифтерии труднодоступный город Ном. В гонке было задействовано 150 собак и 20 погонщиков. Нарты, доставившие долгожданный груз в пункт назначения, преодолели расстояние в тысячу с лишним километров менее чем за шесть суток, вчетверо превысив дневную норму пробега упряжки! И именно на собаках были покорены оба полюса Земли – экспедиции, делавшие ставку на лошадей, на оленей и даже на мотосани заканчивались трагически.

На первый взгляд бег стаи может показаться хаотичным. На самом же деле каждая собака играет в ней свою особую роль. Впереди впрягаются вожаки – собаки, возможно, не самые сильные и не самые выносливые, но способные постоянно смотреть вперед. Они следят, чтобы, даже огибая всевозможные препятствия, упряжка не сбилась с задаваемого возницей направления. Ближе к нартам впрягаются тягловые собаки. Именно они, упершись взглядом в снежный наст, изо всех загребают лапами, придавая наибольшее усилие общему потягу. Рулевые собаки – самые чуткие к командам погонщика, ведь в идеале он управляет упряжкой только посредством голоса.

Собаки, бегущие в середине стаи, зачастую даже постромок толком не натягивают, и создается впечатление, что они, вроде как, бесполезны. Но и у них своя особая роль. Они задают общий темп. И по мере того, как тягловые собаки начинают уставать, и бег их замедляется, именно эти собаки перенимают на себя часть нагрузки. В совокупности же все это разнообразие действий подчинено исключительно воле возницы.

В некотором смысле церковная община подобна такой упряжке. Каждый в ней играет определенную роль в соответствии с тем даром, которым наделил его Господь. Апостол пишет: «Есть разные дары, но их дает один и тот же Дух. И есть разные виды служения, но одному и тому же Господу. И есть разные виды деятельности, но во всех действует для всех один и тот же Бог. Каждому дано проявление Духа для общего блага. Одному Дух дает дар мудрой речи; другому тем же Духом дается дар передавать знание; третьему, тем же Духом — дар веры; или дар исцелять болезни — тем же Духом; или дар творить чудеса, или пророчествовать, или различать, что от Духа, а что нет; у этого дар языков, у того — истолкования сказанного на языках. Но все это совершает один и тот же Дух, дающий разным людям разные дары по своему усмотрению» (1 Коринфянам 12:4-11 РБО).

И, как и в упряжке, самым хлопотным для церкви нередко бывает привлечение к служению молодняка. Когда молодые щенки покидают вольер и впрягаются в нарты наряду с более опытными и матерыми животными, они испытывают неимоверное возбуждение. Они так мечутся в щенячьем восторге, что порой обрывают постромки и, сломя голову, устремляются вперед на «оперативный простор», забыв и про нарты, и про погонщика, и про саму суть своего предназначения. Опьяненные свободой, они убегают настолько далеко, что могут потеряться вовсе. И всей упряжке потом нужно рыскать по снежной пустыне в поисках перепуганного и выбившегося из сил животного с лапами, ободранными в кровь о снежный наст, и требующего теперь особых заботы и ухода.

Должно пройти некоторое время, прежде чем новички, даже обученные в колледжах и семинариях, несмотря на свое благородное рвение, смогут нести служение должным образом. Ведь помимо знаний и призвания, это требует опыта и мудрости, приобретение которых, в свою очередь, требует времени и смирения. В особенности касается это тех, кто призван к служению церковного руководства. О таковых сказано: «Он не должен быть из новообращенных, не то раздуется от важности и навлечет на себя ту же кару, что и дьявол» (1 Тимофею 3:6 РБО).

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Сыны Божьи в книге Бытие, кто они? и Впускать ли Иисуса в церковь? Или почему Ван Гог, сын пастора, не узнал Бога

Сергей Головин