Тот, кто есть, и то, чего нет

На протяжении истории существовало множество цивилизаций – египетская, шумерская, китайская, майя и т.д. Многие из них достигали поразительно высокого уровня развития математики, механики, астрономии, медицины и проч. Они составляли астрономические календари, точность которых по сей день вызывает изумление. Почему же, при таком количестве накопленных знаний они так и не создали науку в современном значении этого слова (ту, что на горе школьникам открывает законы природы, выраженные в математических формулах) и, как следствие этого, не достигли существенного технологического прогресса? Ответ очевиден: все эти цивилизации были языческими. Они не верили в единого Законодателя, потому и не предполагали необходимости изучать установленные Им законы. Ну кто станет изучать то, чего, согласно его убеждениям, не существует?

Так, к примеру, распространение религиозных идей дарвинизма привело к верованию, что в человеческом организме имеются более сотни органов, не выполняющих какой-либо функции. К таковым, в частности, относили селезенку, миндалины, вилочковую железу и проч. Они, якобы, являются рудиментами, доставшимися нам от эволюционных предков, которым когда-то эти органы служили верой и правдой. Каким образом эта чисто умозрительная (то есть, опять же, принятая на веру) идея должна доказывать дарвиновскую эволюцию, было не совсем понятно. Ведь в соответствии с теорией должны были бы появляться новые органы, а не оставаться старые. Бесполезный орган, ничем кроме неприятностей не вознаграждавший своего обладателя, должен был бы быть неизбежно устранен всесильной рукой естественного отбора. Но, так или иначе, хотя по мере медицинских открытий список «рудиментарных» органов становился все короче и короче, десятилетиями возглавлял его аппендикс, объявленный рудиментом слепой кишки – той части системы пищеварения травоядных животных (например – кроликов или лошадей), что способствует активному перевариванию клетчатки.

Увы, нередко приходится сталкиваться с воспалением аппендикса, называемым аппендицит. Расположен же этот орган в теле таким образом, что явные симптомы заболевания проявляются лишь на острой стадии, когда необходимо экстренное хирургическое вмешательство для предотвращения перитонита с последующими печальными последствиями. Выходило так, что внутри каждого из нас есть бесполезный отросток, не выполняющий никакой иной функции кроме создания внезапной смертельной опасности в самый неподходящий момент. Поэтому в ряде наиболее развитых стран родителям предлагалось удалять аппендиксы их новорожденным младенцам. В случае согласия операция, как правило, делалась на восьмой день после рождения (почему именно на восьмой – тема для отдельного поста). Поскольку же считалось, что орган этот никакой функции не выполняет, никто и не тратил средств, усилий и времени на изучение его функции. «Чего нет, того нельзя считать», – писал мудрый Екклесиаст (1:15).

Хотя необходимые для определения функции аппендикса знания, методы и оборудование существовали уже десятилетиями, лишь во второй половине ХХ века выяснилось, что аппендикс – часть вовсе не пищеварительной, а иммунной системы человека! Это – секреторная железа. Причем, наиболее важную роль она исполняет именно в младенческий период жизни, когда новорожденный еще не выработал собственного иммунитета, и аппендикс ребенка производит те же иммуногены, что вырабатывал организм его матери. Мама как бы «одалживает» собственный иммунитет своему малышу на первые месяцы его жизни. Кроме того, аппендикс служит эдакой «фермой» для разведения и содержания полезных кишечных бактерий, необходимых для нормального пищеварения. Почему же так долго никто не занимался изучением функции столь важного органа? Да просто потому, что никто не подозревал существования у него какой-либо функции! Будучи увлечены идеями дарвинизма, люди слепо верили в отсутствие таковой.

Так же и с законами природы. Язычники не занимались изучением законов природы лишь потому, что не имели ни малейшего представления о таковых, ибо не ведали о существовании Законодателя. Они отмечали периодичность того, как небесные тела ежегодно движутся примерно по одинаковым траекториям, и для календарных нужд (в первую очередь – связанных с сельскохозяйственными циклами) этого было достаточно. Кого могло, скажем, смутить то, что Марс движется не совсем так, как ожидалось бы. Ведь Марс, – он же бог! Куда хочет, туда и ходит. Наше дело – смотреть и делать выводы, докладывая о том правителю. Уклонился Марс в одну сторону – жди засухи, голода и прочих бедствий, либо плати больше жрецам, чтобы те его умилостивили. Уклонился Марс в другую сторону – это чревато наводнениями или нашествиями саранчи, но рецепт для избавления тот же – плати жрецам. А уж если он развернулся и в обратную сторону пошел (так называемое ретроградное движение), тут уж на жрецах и вовсе разориться придется! Жрецы – те всегда в прибытке. Требовать же от Марса подчинения каким-либо законом – безумие. Не стоит гневить богов!

В языческих цивилизациях естествоиспытатели изучали лишь «природу вещей», т.е. свойства исследуемых объектов. Для возникновения науки этого было недостаточно. Именно вера в Единого разумного Законодателя стала основанием для целенаправленного поиска единых для всего мироздания установленных Им разумных законов.

Но этого было недостаточно. Более тысячи лет понадобилось на то, чтобы ученые-богословы освободились от языческих аристотелевских идей о том, что все явления в природе суть результат взаимодействия четырех мировых стихий - земли, воды, воздуха и огня. Хотя апостол изначально предупреждал: "Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира" (Колоссянам 2:8).

О том же, с чего же, собственно, началась "научная революция", и какое влияние на это оказали христианские убеждения ее основателей, речь пойдет в следующий раз.

(Из книги «Библейские основания науки». Готовится к печати.)

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Сыны Божьи в книге Бытие, кто они? и Впускать ли Иисуса в церковь? Или почему Ван Гог, сын пастора, не узнал Бога

Сергей Головин