Кто контролирует нацию

Факты разговаривать не умеют. Всякий раз, когда звучит фраза «Факты говорят сами за себя», следует насторожиться: нас пытаются обмануть. Ведь факты требуют истолкования, а оно непредвзятым не бывает. Интерпретация фактов всегда будет зависеть от того, из каких предпосылок мы при этом исходим. Одни предпосылки приведут к одному истолкованию факта, другие – к совершенно иному.

Так, на протяжении истории человечества было известно, что вся земля покрыта слоями морских осадочных отложений, и что в этих слоях содержатся окаменелости различных живых организмов. Это воспринималось, как свидетельство Всемирного Потопа, а зональную стратификацию окаменелостей объясняли последовательностью чередующихся экосистем: в самых нижних слоях мы находим останки донных и глубоководных существ; далее – обитателей средних глубин; потом – прибрежных морских, за ними – прибрежных сухопутных, а в самых верхних слоях – тех, что дольше всего могли сопротивляться наступающей стихии.

С появлением же теории Дарвина было предложено рассматривать эту последовательность не просто как геологическую, а как геохронологическую, каждому типу ископаемых ставя в соответствие длительную геологическую эпоху. Видят при этом обе стороны, – и креационисты, и эволюционисты, - одни и те же факты: те же самые камни и кости. Но при этом их выводы радикально отличаются, потому что исходят они из принципиально разных мировоззренческих предпосылок. Именно мировоззрение предопределяет то, как мы будем истолковывать наблюдаемые факты.

Вот, к примеру, слова одного из наиболее выдающихся ученых ХХ века, нобелевского лауреата, основателя квантовой механики и церковного пресвитера Макса Планка (1858 – 1947): «Религия и наука нисколько не исключают друг друга, как это полагали раньше и чего боятся многие наши современники; наоборот, они согласуются и дополняют друг друга. Обе – религия и естественная наука – требуют для своего обоснования веры в Бога, но для первой (религии) Бог стоит в начале, для второй (науки) – в конце всего мышления. Для религии он представляет фундамент, для науки – венец разработки миросозерцания… Следует неутомимо и непрестанно продолжать борьбу со скептицизмом и догматизмом, с неверием и суеверием, которую совместно ведут религия и естествознание, а целеуказающий лозунг в этой борьбе всегда гласил и будет гласить: к Богу!»

А вот – слова другого небезызвестного естествоиспытателя: «Вряд ли я в состоянии понять, каким образом кто бы то ни было мог бы желать, чтобы христианское учение оказалось истинным… Это учение отвратительно. Предположение, что благожелательность Бога не безгранична, отталкивает сознание, ибо какое преимущество могли бы представлять страдания миллионов низших животных на протяжении почти бесконечного времени?» Это – выдержки из самого последнего труда Чарльза Дарвина «Воспоминания о развитии моего ума и характера». Его рецепт прост: хочешь, чтобы мысль о божественном происхождении отталкивала – внуши всем, что к этому изначально причастны время, смерть и случайность, эти три главнейшие святыни дарвиновского вероучения.

Итак, двое авторитетных ученых (как минимум авторитет Планка никогда и ни кем не подвергался сомнению) изучают один и тот же мир. Но, исходя из разных мировоззренческих предпосылок, приходят они к диаметрально противоположным выводам. Казалось бы, в свете положений конституционного права и здравого смысла, в учебниках по естествознанию должны отражаться обе интерпретации. Но не тут-то было! К христианским идеям (пока еще) более-менее снисходительно относятся в вопросах литературы, этики, эстетики, культурологи и даже истории. Но не вздумайте привносить идею Бога в «святая святых» образования – кабинеты физики, химии или биологии! Происхождение – вопрос сакральный, и таинство атеистической догмы не может быть осквернено намеками на разумный замысел в природе.

Пусть все научные доводы в пользу эволюционизма рассыпаются как карточный домик. Пусть ложь, пропагандируемая государственными учебниками (типа эмбриончиков-рекапитулянтов – плода геккелевской фантазии, еще в 1868 г. официально признанного научным сообществом умышленной фальсификацией) общеизвестна. Пусть свидетельств разумного замысла в мироздании – хоть отбавляй. Никто не смеет посягать на мировоззренческую монополию атеистического подхода к естествознанию в финансируемой налогоплательщиками государственной системе образования. Даже – эти самые налогоплательщики. Ведь именно естественные науки обосновывают ответ на самый главный мировоззренческий вопрос – «Откуда я взялся?».

Через школьные программы по естествознанию в сознании следующих поколений монопольно насаждаются мировоззренческие убеждения, альтернативные библейским. Такое положение вещей сводит на нет любые сиюминутные достижения в области христианской миссии. Недаром Гитлер, название программной книги которого «Моя борьба» (Mein Kampf) является прямой ссылкой на подзаголовок дарвиновского труда – «Сохранение привилегированных рас в борьбе за жизнь» (The Preservation of Favoured Races in the Struggle for Life), заявлял: кто контролирует учебники, тот контролирует нацию.

Казалось бы, в демократическом обществе финансируемая на деньги налогоплательщиков государственная система образования не имеет права навязывать какую-либо одну религию, пренебрегая другими. Таким образом, формирование за казенный счет монопольной системы гуманистического образования в той же мере незаконно, как и создание государственной системы образования христианского. Это противоречит принципу плюрализма, принципам свободы мировоззрения и вероисповедания, разделению церкви и государства. Тем не менее, под видом «религиозно нейтрального» образования учащимся упорно прививаются основы религии секулярного гуманизма.

Проблема эта касается всех цивилизованных стран. Но, пожалуй, нигде она не столь драматична, как в странах бывшего Советского Союза. Дело в том, что в большинстве государств хотя бы частные учебные заведения вправе самостоятельно формировать свои учебные программы. Там родители решают, где и чему учиться их детям – в казенной школе по государственной программе, зато – бесплатно (если уплата налогов согласуется с этим понятием), либо – в частной школе по альтернативной программе. И уже не равнодушный чиновник за счет налогоплательщиков, а родитель, собственным серебром, отвечает за решение, какие учебные программы нужны его ребенку, а какие нет. Наконец, родители могут прийти к выводу, что их не устраивает никакой из предлагаемых обществом вариантов, и самостоятельно обучать своих детей на дому. У нас же, где бы дети ни проходили обучение, – в государственной ли школе, в частной ли, надомно ли, – они обязаны учиться по одним и тем же единым учебным программам, пользоваться одними и теми же едиными учебниками, сдавать один и тот же единый экзамен. Ибо кто контролирует учебники - тот контролирует нацию.

 

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Сыны Божьи в книге Бытие, кто они? и Впускать ли Иисуса в церковь? Или почему Ван Гог, сын пастора, не узнал Бога

Сергей Головин