Богословие мобильного телефона

Один еврей так объяснял своим детям чудо праздника Хануки: «Представьте, что у вас сгорело зарядное устройство от мобильника. Вы заказываете новое. Но доставить его смогут только через неделю, а заряда обычно хватает лишь на один день. И вот, невзирая на это, ваш телефон работает восемь дней без подзарядки!».

Да, пожалуй, ничто за последнее время не изменило нашу жизнь так, как мобильный телефон. Мы уже зависимы не только от него – мы не властны даже над собственным временем! Представьте: вы долго собирались навестить давнего друга, но никак не могли вырваться из круга ежедневной текучки. И вот, когда вы, наконец, оставив все дела, пересекли полгорода и предвкушаете долгожданную беседу, в этот самый момент кто-то нажимает несколько кнопок своего мобильника, и моментально обретает приоритетное право на разговор с вашим собеседником, и вы ничего не можете с этим поделать. Где справедливость?

Когда в начале девяностых я ездил в арктические экспедиции, переписка была единственным штатным способом поддержания связи с семьей. Письма доставлялись на остров кораблем, приходившим дважды в месяц. Насколько же драгоценным было каждое послание! Тогда «марш пингвинов» можно было наблюдать не только в Антарктиде, но и в Арктике. Едва заслышав долгожданный гудок входящего во фьорд корабля, полярники – еще час назад крепкие мужики, «полярные волки» – вываливали на улицу, как бы движимые стадным инстинктом, сбивались в подобие пингвиньей стаи и единой черной массой плавно двигались вдоль берега по направлению к порту, зачарованно глядя на медленно приближающееся судно. Где-то там, в темных недрах его промерзшего трюма, лежало нечто, самое драгоценное для нас на тот момент – несколько исписанных листков из тетради в клеточку, сложенные в конверт. Затаив дыхание, мы наблюдали за швартовкой, осмотром судна береговыми службами и началом разгрузки, пока, наконец, над фальшбортом не всплывал заветный голубой контейнер с белой надписью ПОЧТА. Крановщик бережно опускал его на грузовик, и вся стая, развернувшись, ковыляла вслед за машиной, дабы перед зданием отделения связи продолжить ожидание, пока почта не будет рассортирована. Если по неким причинам ваше письмо не успевало попасть на этот борт, ожидание продлевалось еще на две недели, после чего вознаграждалось вдвойне – вы получали сразу два письма: старое и новое. В этих письмах не было какой-либо срочной информации, способной устареть. Для внештатных случаев у нас был и телефон, и телеграф, и радиосвязь. Но было в них нечто большее – ощущение домашнего тепла, чувства семьи, единения с теми, кто тебя любит и в тебе нуждается.

Сегодня, будь я на другом конце континента или за океаном, я все время «на связи», на информационной привязи. Благодаря SMS-кам, я постоянно информирован обо всех моих близких, а они – обо мне. Но, как сказал поэт, «что-то главное пропало». Срочное обладает этим удивительным свойством – вытеснять важное.

Может, в конце концов, не только ксенофобия и боязнь остаться без заработка побуждали в XVI веке кремлевских переписчиков громить типографию первопечатника Ивана Федоровича? Ой, неспроста они против этого пришлого бакалавра Краковского университета «зависти ради многие ереси умышляли»! Надо ж, чего удумал: на Никольской, прямо в центре Москвы, поганой машиной заморской Слово Божье печатать! Как может тупой оттиск заменить живые буквы, любовно выведенные умелой рукой мастера?!

А, может, я просто старею? Всякий новый век приносит новые форматы коммуникации, брюзжать или сопротивляться бесполезно. Я же и сам не большой поклонник рукописания. Как-то раз в Венском Музее Иудаизма я в качестве сувенира решил купить мезузу – небольшой контейнер с текстом Второзакония 6:4-9 (первой и наибольшей заповеди – От Матфея 22:38; От Марка 12:29-30). Иудеи крепят такие у входа в дом во исполнение указания написать «слова сии, которые Я заповедую тебе, на косяках дома твоего». «Там внутри текста нет, – предупредила меня девушка-продавец, – можно заказать кошерный манускрипт, но это будет стоить дополнительных денег». «Ничего, – подумал я тогда, – по мне и лазерный принтер вполне кошерен». Если принтер меня не смущает, чем SMS хуже?

В конце концов, мобильный телефон – это удобно. И как все в этом мире, сам по себе он не является ни благословением, ни проклятием, но становится как проклятьем, так и благословением, в зависимости от того, как я им пользуюсь. И может он не только отвлекать от чего-то важного, но и о чем-то важном напоминать. Например – об основах библейской антропологии, учения о человеке.

Мобильник – прекрасный пример воплощенного замысла – вещи, имеющей предназначение. Он – творение своего создателя, и создатель прекрасно знал, для чего предназначено это устройство. Это – средство связи. Но даже ребенок знает: чтобы ваш мобильный телефон мог подключиться к оператору, во-первых, нужно находиться в соответствующей зоне покрытия или хотя бы роуминга; во-вторых, в вашем телефоне должна быть SIM-карта именно данного оператора. Если условия эти не соблюдены, телефон не выполняет того, для чего был создан, не соответствует своему предназначению и его существование становится бессмысленным, каким бы навороченным он при этом ни был.

Каждый из нас является в некотором смысле таким телефоном. Мы были сотворены, чтобы пребывать в контакте с величайшем Оператором в мире – с его Создателем. Ему не нужен никакой роуминг – Его покрытие безгранично. Проблема в том, что от рождения мы лишены божественной SIM-карты. В свое время человечество, послушавшись лукавого, выбрало жизнь без связи с Создателем, и, не желая зависеть от него, лишилось карточки присутствия в нас Божьей любви. В результате мы превратились в груду материи – по-прежнему прекрасно и удивительно организованную, но абсолютно бессмысленную. И ничем – ни трудами, ни имуществом, ни даже самой нашей бессмысленной земной жизнью, мы не в состоянии заплатить за утраченное божественное начало – «если бы кто давал все богатство дома своего за любовь, то он был бы отвергнут с презреньем» (Песнь 8:7).

Благая весть в том и состоит, что Христос отдал нам Свою, неповрежденную SIM-карту, чтобы мы не оставались потерянными. Из любви к нам Он решился на утрату собственной связи с Небесным Отцом. Потому-то и звучат с Креста слова псалмопевца: «Боже мой! Боже мой! Внемли мне! Для чего Ты оставил меня? Далеки от спасения моего слова вопля моего» (Псалтирь 21:2). И Отец, любящий Сына, восстановил Его карту, воскресив Его из мертвых. В оригинале греческое слово «anastasis», традиционно переводимое как «воскресение», собственно, и означает «восстановление». И теперь всякий, кто принимает дар Иисуса Христа, получает сертифицированный Оператором дубликат Его карточки – Его залог, печать Духа Святого. Так восстанавливается утраченная возможность единения со своим Создателем.

Однако, наличие карточки – условие необходимое, но не достаточное. На экране вашего мобильника есть индикатор качества связи – частокол черточек разной длины. И он не всегда одинаков даже в зоне покрытия – частотные помехи и экранирующие препятствия ухудшают связь вплоть до полной ее потери. Своеволие, гордыня, суета, ропот, пренебрежительность, надменность, страх, неверие – когда эти шумы забивают сигнал Божьей любви, количество черточек-индикаторов нашей связи с Творцом становится все меньше и меньше. Равно, неподобающее окружение подвергает качество связи опасности. Потому-то «блажен муж, который не ходит на совет нечестивых и не стоит на пути грешных и не сидит в собрании развратителей» (Псалтирь 1:1). «Худые сообщества развращают добрые нравы» (1 Коринфянам 15:33). И если нам приходится бывать в подобных местах, наша задача – прилагать все усилия, чтобы хранить столь необходимую для нас связь с Оператором, «назидая самих себя псалмами и славословиями и песнопениями духовными, поя и воспевая в сердцах ваших Господу, благодаря всегда за все Бога и Отца, во имя Господа нашего Иисуса Христа, повинуясь друг другу в страхе Божием» (К Ефесянам 5:19-21).

Но и этого недостаточно – необходимо, чтобы батарея телефона всегда была заряжена. Таким зарядным устройством является церковь – собрание верных, где пребывает Святой Дух, от которого черпает силы «батарея» нашего духа. Мы «заряжаем» наши «духовные батареи», пребывая по примеру ранней Церкви «в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах» (Деяния 2 42). Писание учит: «Будем внимательны друг ко другу, поощряя к любви и добрым делам. Не будем оставлять собрания своего, как есть у некоторых обычай; но будем увещевать друг друга, и тем более, чем более усматриваете приближение дня оного» (К Евреям 10:24, 25).

Наверное, многим другим полезным богословским истинам мог бы еще научить нас мобильный телефон, но, простите, – кто-то звонит. Срочное опять берет верх над важным.

Думаю, вам будет интересно прочесть мою колонку Сыны Божьи в книге Бытие, кто они? и Впускать ли Иисуса в церковь? Или почему Ван Гог, сын пастора, не узнал Бога

Сергей Головин